Лилит Мазикина (gipsylilya) wrote,
Лилит Мазикина
gipsylilya

Category:

Стимпанк: отчёт персонажа и игрока. Ч.1

Господин Раменский был странным человеком. Во-первых, он любил цыган. Не в том смысле, в котором их любили на Сенной все. В гулянках он особо не участвовал. Но относился к цыганам сердечно и, когда большая часть семьи Воротниковскири вдруг исчезла и оставшиеся девочки не могли оплатить комнаты, почти бесплатно пустил их жить в подвал.

/Вы бы видели наш подвал, это был ПОДВАЛИСТЫЙ подвал! Когда нас туда проводил, кажется, Штоквиц, он чуть не прослезился и денег дал/

Во-вторых, он особенно любил сербских цыган - тех, про кого ходила слава контрабандистов. В частности, нежнейше заботился о цыганке Ангине, кузине питерских цыган, которая тоже потеряла семью и жила теперь тоже в подвале.

Если такое кто-то замечал, то непременно шутил о свадьбе. Разница в 30 лет, конечно, не даёт основу романтичным сюжетам, но в свои 19 Ангина была уже вдовой, в конце-то концов.

Цыгане тоже платили Раменскому любовью. Они таскали ему дрова из Зимнего дворца (по определённым причинам не полагая это кражей), готовили ужины и научили являться в трактир за выпивкой с котелком, пока даже самый разгульный из студентов, светлейший князь Юрьевский, выпивку поглощал стаканчиками.

Меж тем покоя в "Чёртовом доме", как звали дом Раменского цыгане, не было. Мало того, что трое братьев Ангины и родители девочек Воротниковскирэ уехали и не вернулись, так Станя совсем сошла с ума по какому-то заграничному офицеру ("Какой он офицер, он же турок," отзывалась о её страсти ломбардчица Степанида Леонидовна), а Миришка-Мирикли дёргалась по поводу того, что Ангина ездит в Вену на заработки с пистолетом и гаджетом обыска, и комод у неё забит патронами. Миришка, конечно, предполагала, что Ангина взялась за ремесло предков и как-то связана с контрабандистами. Иногда через Миришку Ангине передавали странные послания... Миришку это очень беспокоило. Лишиться как-нибудь ещё и кузины - это то, чего ей совсем не хотелось. За счёт кузины все жили. Станя для выступлений слишком сохла от страсти, а сама Миришка с детства была хромой и мрачной, таким публику не впечатлишь.

Если бы Миришка знала, что Ангина на самом деле работает на русскую военную разведку, а Миришка - её экстренная связная, она бы на вторую ногу охромела от избытка чувств, наверное.

Тем временем Ангина дошла до той степени отчаяния в поиске родственников, что вся цивилизационная шелуха Века Разума с неё начала лезть, как позолота с ногтей. Она уверовала во все старые сказания. О том, что цыган преследует тот, кто хочет ими править - князь Влад, чудовище, а не человек. О том, что истинным князем цыган, первым и последним, должен стать старший брат Ангины, которого она никогда не знала - мальчик, рождённый ею матерью вне брака от польского офицера, чьё имя ей даже не было известно.

Не подумайте дурного об ангининой матери. Когда был зачат брат Ангины, имя офицера не было известно даже офицеру. Шла война, ещё настоящая, кровопролитная, а не на огромных боевых человекоподобных роботах. Офицер был контужен. Его подобрала мать Ангины, полька, некогда сбежавшая замуж за сербского цыгана из богатой отеческой семьи, - пожалела соотечественника. Рада, мать Ангины, тоже его жалела, тогда ещё молодого, такого героического и несчастного, вот и дошло до беды.

Офицер ушёл, или его, точнее, выгнали - подумали, что он сглазил табор. Рада родила светлого мальчика и вышла замуж за ровню, контрабандисту Мику. Но Мика счёл белого мальчика в таборе лишним и унёс его, отдал или продал какому-то, говорят, славянину на усыновление. Рада кинулась следом, искать сына, и только про славянина и узнала. Вернулась в табор - а там были убиты все. Почти все. Кроме обезумевшего старика Рупы и его внучки. Это сделал князь Влад.

Тот мальчик, по очень старому предсказанию, и должен был быть цыганским князем. Ангина вбила себе в голову, что только он спасёт её родных, и решилась на более активные поиски. С помощью грамотной Миришки были составлены два объявления, в питерскую газету и в венский Ver Sacrum.

"Молодая полька разыскивает молодого поляка или русского, 23-27 лет. В годы войны польский мальчик был продан некоему славянину бродячим цыганом как сирота. Но его мать ещё была жива и искала его много лет! Если вы узнали свою историю, оставьте письмо в редакции. Ваша сестра."

В Вер Сакрум было напечатано то же, только Ангина призналась, что объявление её личное, и вместо поляка или русского разыскивался поляк или чех. Так я вам скажу, объявление в Питере стоило 10 рублей, а в Вене - 1 крону! При том, что курс был 1 к 1.

Первым заданием от куратора было - узнать объёмы машинопроизводства и количество лабораторий в Вене. Условились о пароле и отзывае - использовали отчество Ангины, которое в жизни не использовалось никогда. Ангелина по отцу была Петровной.

С утра цыганок нанял трактир - зазывать посетителей, поскольку, похоже, в Петербурге не знали, где можно с утра быстро и вкусно поесть без трудозатрат. Ну, как без трудозатрат, студентов заставляли платить налог - рубить дрова. Ангина с Миришкой быстро скумекали и стали ходить по Невскому с песней на мотив "Лоли пхабай", восславляющей трактир и оладушки. Песня вышла удивительно привязчивой и столь же удивительно эффектной. В трактир заглядывали уже позавтракавшие - просто убедиться, что там действительно дают живую еду: в сетке ролей трактир был играющим, а не готовящим. А в обед зал был полон. Давали солянку. Ух, давно я не едала такой солянки, слава нашим трактирщицам!

С этого момента за цыганками закрепилась слава отличных зазывал, и нас постоянно в таком качестве нанимали, то газеты, то министры всякие. Короче, самые свежие новости были не в газетах, а у нас. Министр финансов нам, например, заказал кричать, что зарплату будут выдавать с четырёх в банке Ротшильда. И чтоб никто из питерцев не ушёл без этой информации.

Видели бы вы, кстати, Ротшильда. У него прямо во всё лицо и всю фигуру было написано, что он Ротшильд. Точнее даже, фон Ротшильд. Банкир и барон.

Утро было ещё довольно спокойным, чтобы помнить, что происходило, но дальше четыре дня пролетели на бешеной скорости и немного кувырком.

На объявление очень быстро откликнулись двое. Ни один из них не был молодым мужчиной. Фармацевт Кирилл Вронский, приёмный отец моей подруги Эвы (и большого количества других сирот Балканской войны) и родной отец нашего соседа по подвалу Алексея Вронского, подошёл ко мне с запиской и потребовал рассказать, кто её передавал через меня в редакцию - я-то писать, как известно, не умела. Я в ответ потребовала предъявить мужчину около 25 лет, поскольку Вронский был совершенно на такового не похож. "Мы с вами ещё поговорим," сказал господин Вронский и исчез.

В следующем номере петербуржской газеты было опубликовано объявление, в котором молодой польке предлагалось связаться на Сенной площади с неким Иваном Васильевичем Р. С ДОМОВЛАДЕЛЬЦЕМ АНГИНЫ.

День проходил в беготне между Веной и Питером - Шкода передавал Очень Срочные Сведения. До сих пор не уверена, что они были настолько срочными, что мне надо было палиться, постоянно подбегая к Константину Николаевичу. К утру четвёртого дня немецкий студент спрашивал меня, почему я всё время в компании то князей, то генералов. А остальные, кто не спрашивал, заметили и раньше того.

Вронский за стеной создал лабораторию, нанял ассистентку и делал с ней вместе непонятное. Лаборатория была точно нелегальной. Вронский точно сомневался в максимах. А то и отрицал их. Это значит, что он был потенциальным маньяком (по правилам игры, если ты отрицаешь максимы, изволь получить карточку Злодея и выполнять задания оттуда, даже самые тупые, типа нападения на незнакомцев).

Разговор с Раменским сделал многое сильно понятнее. Например, его любовь к цыганам. Поскольку Раменский и оказался польским офицером, заделавшим Ангине братика. Бурное выяснение степени аморальности господина Раменского привело к его признанию, что, так сказать, сводных братиков у Ангины не один, но это не блядство, а старое цыганское проклятие, мол, ни один из детей Раменского его фамилию носить не будет. С проклятьем Раменский на старости лет решил справиться, для начала отыскав детей. Двое из них были зачаты в Сербии во время войны. А третий, если получилось его зачать, уже не в Сербии, а надо подумать - уже после контузии дело было.

Тем же утром судьба занесла Ангину в ирландский паб в Лондоне. В ирландском пабе играла музыка и сидел весёлый длинный чех. Чех дегустировал пиво. Ангина села дегустировать рядом, как в пабе заиграла музыка. Вышла танцевать ирландка. Где было утерпеть Ангине? Ангина тоже вышла! И танцевала. И танцевала. И танцевала.

Так Ангина получила работу в пивной пана Щтепана. Это он сидел и дегустировал пиво у конкурентов. Можно только представить, какой удачей для Ангины была работа в трактире, где любят посидеть-поболтать офицеры и инженеры противника!

В общем, началось всё неплохо.
Tags: стимпанк
Subscribe

  • БЕСПЛАТНЫЙ МАСТЕР-КЛАСС ДЛЯ ДЕТЕЙ

    по рисованию народного костюма русских цыган Москва Суббота 15 мая, начало в 14.00 Сразу после мастер-класса можно посмотреть десятки картинок на…

  • ***

    Девушка, девушка, куда вы идëте, Такая кудрявая, Такая чернявая? Куда вы несëте авоську - не донесëте, Жаль вас, милашек, Кокеток, кудряшек,…

  • Хроники коммуны

    1 апреля Злата пошла снова кровушку сдавать *** Андроид ходит по квартире и разговаривает голосом озвучки из игр. - Покорись мне, сковорода! И…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments