Лилит Мазикина (gipsylilya) wrote,
Лилит Мазикина
gipsylilya

Categories:

Игра "Этиго-но кадо", кухарка Амайя. Во время игры. Глазами персонажа.

Кухарка Амайя - человек маленький. И забота у неё маленькая, хотя на самом деле очень большая: накормить всех гостей, приехавших на похороны покойного господина, Уэсуги Кэнсина. Тут и противные посланцы Нобунаг, и всякие Каи и Аки, и много кого, всех надо кормить, и своих, и чужих, и так, чтобы не стыдно. А рук всего ничего: сама Амайя, да Удо-сан, да Мамока-сан, да две дочки Амайи и племянник Удо Кен.

В первый вечер должен был быть поминальный ужин, но всё не объявляли да не объявляли (потом сказали, что из-за полнолуния храм велели перенести). Пришлось наготовленное (рис и заправка из говядины, стручковой фасоли, лука, моркови и сладкого перца) так разослать по комнатам. И осталось в котле риса чуть-чуть, и в другом - заправки чуть-чуть. Как тут гонец от господина канцлера: тот-де устраивает малый пир, на пятнадцать человек. Через час чтобы всё было готово.

Огонь не разгорается, ничего не видно, слуг половины нет, сейчас будет срам и позор! Но спешат на помощь Таро-сан - личный слуга покойного даймё, который чести Кэнсина-доно не уронит и после его смерти, и Юкико-тян, молодая служанка сестры даймё. Резать, жарить, греть сакэ, разносить и разливать. Первая смена блюд - повтор ужина (нечего делать!), вторая смена - тёплый сладкий салат из лука и капусты с тёплым же сакэ, и на десерт - дорогой импортный фрукт банан, по три кусочка, уложенных цветком, конечно же, тоже под сакэ (и больше для того, чтоб был повод ещё подать сакэ). Господа наелись, напились, можно и слугам расслабиться: немного поесть и выпить. Одна чашечка, другая, и Юкико уже развозит. Смеётся, жеманится, кушает рис с руки Таро-сана, обсуждает слухи:



- А вот я бы, как ниндзя... если бы была ниндзя... я бы так и так стала делать!

Конечно, она и была ниндзя. Так потом выяснилось - после того, как она украла у гайдзина пистолеты и постреляла во дворце.

Утром Кен заболел, но ему быстро нашли замену - сначала добрый Киро-доно, друг покойного даймё, одолжил личного слугу, совсем мальчишку, потом быстро наняли девчонку Харухи на полную замену. Никому скучать не пришлось ни полминуточки. Комнат во дворце - вон сколько, все заняты, все забиты, всем еды разнести, а ещё слуги и прочий незнатный люд в людской. Варить рис, варить соба, варить фунчоза, а к ним обязательно - омлет, или мясо, или рыба, или краб, или жаркое из морских гадов, свеженьких-свеженьких, да овощи, да десерты, да суп, да всё покрасивей подать. Завтрак, потом поминальный пир, потом просто обед, потом малые приёмы, потом пир после похорон. И сакэ - греть, разливать, греть, разливать, греть, разливать. Служанки бегают, повара потеют, Таро-сан только и успевает туда-сюда руководить - не на кухне, конечно, кто же ему на кухне распоряжаться даст - в большом зале пиры устраивает.

Тут ещё дела! Только присела отдохнуть - все слуги накрывают на стол, а Амайе только воду под чай кипятить - вдруг появляется в кухне... Киро-доно, сам бледный, глаза горящие. Подаёт кучу бумажек и велит отдать канцлеру. И исчезает, как не было. Странное дело! Амайя бумажке Таро-сану, Таро-сан - канцлеру, а дальше - трах! бах! - скандал! Письма не самому канцлеру, а разным другим важным людям, гостям, и везде странное написано. Амайю сразу допрашивать, что куда, да среди допрашивающих - сестра покойного, Ая-доно, о которой страшные вещи говорят, мол, завзятая отравительница - бедная Амайя! И рассказать хочется, и выдать Киро-доно страшновато, он же военный министр, не пастух какой. В общем, сказала, что чужой человек был, а сама Киро-доно описала.

А оказалось потом вот что: Киро-доно вроде сошёл с ума и стал иногда думать, что теперь он - даймё покойный и есть. То есть совсем покойный. Вот он и стал, как призрак. То советы живым раздаёт - через письма, то по крышам ночами гуляет, то ещё что.

А ещё оказалось, что слуга его - никакой не мальчик, а девочка, только девочка сумасшедшая и сама думает, что мальчик, и сама она - внебрачная дочь Киро-доно и Аи-доно, сестры даймё. Разболтал об этом сказитель Гун, спев о том песню при большом количестве гостей, а потом девочка вдруг умерла.

А потом все ссорились и чуть снова не началась война, но все помирились, выбрали нового даймё и нового канцлера, но, главное, никто не ушёл голодным, а Амайя была счастлива.
Tags: этиго
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments