July 21st, 2012

лытдыбр

Яна Темиз. "Алиби для Алины", "Приют перелётных птиц"

Две книги, которые я проглотила в четыре дня после того, как Яна их мне подарила. Но мне нужно было много времени, чтобы понять, как я хочу рассказать о них, потому что это... это что-то особенное.

Хотя - что особенного может быть в детективе, написанном женщиной? - у нас уже давно сложилось определённое представление о таких детективах, не правда ли? Они бывают двух видов, а-ля Д.Д. и а-ля М. и У., как-то читала я во френд-ленте.

Пожалуй, ещё с "Сада камней" мне стоило провозгласить третий вид детектива, написанного женщиной - а-ля Яна Темиз.

Обе книги вызвали у меня шок. Причём если в случае с "Приютом" шок был скорее социальный, внушённый пресловутой "культурой насилия" - "об-этом-нельзя-говорить", эстетски переработанный подсознанием в "эту-тему-нельзя-эксплуатировать" - то во втором случае чисто пихологический, какой-то... нет, это не описать, это пережить надо. Я даже не буду описывать, что именно вызвало шок, потому что это означало бы заспойлерить великолепные сюжеты. Написанные, кстати, замечательным русским языком, что для меня всегда было немаловажно. Так что просто заверю, что оба детектива хороши ОЧЕНЬ, это скорее психологические драмы, триллеры, чем детективы, и сделаю нечто вроде аннотаций к ним.

Итак, "Приют перелётных птиц" - продолжающий "турецкую" серию писательницы. Большая семья собирается в деревенском доме престарелого, впавшего в маразм главы семьи - и утром он оказывается мёртв. Очевидно, это сделал кто-то из присутствующих. А кто же у нас присутствует? Старший сын главы, преуспевающий адвокат, очень взволнованный тем, чтобы не всплыла история с подлогом завещания. Жена старшего сына, весьма высокомерная особа - которая, в принципе, может разделять волнение мужа о завещании. Их отпрыск, подросток, неистово влюблённый в свою русскую тётю, злой на отца и готовый разоблачить его из одного желания делать наперекор. Единственная дочь покойного, типичная патриархальная "наседка", которая ненавидит и боится своего отца с самого детства - когда он по несколько часов держал её в тёмном чулане - и именно которой, как знает её старший брат, на самом деле должен отойти злополучный дом. Дочь дочери, студентка-психолог, которая собирается замуж за очень консервативного мужчину и боится, как бы не всплыло, что у неё уже был мужчина. Её жених, самоуверенный мачо-мудачок (правда, как окажется, не безнадёжный). Младший сын покойного, единственный нормальный человек в семье на вид, который отца ненавидит не только искренне, но и откровенно. Его русская жена, которой слишком нравится дразнить гусей, попирая турецкие нормы приличий, и которая моментально замечает, что земля под домом очень дорого стоит - ведь здесь собираются построить отель и скупают вот такие участки. Их нерождённый ребёнок. Пока вся эта тёплая компания прощупывает и расспрашивает друг друга... происходит попытка второго убийства. Перед демоном страха - кто-то из своих, "родных и близких", убивает! - все эти люди обнажаются душами до скелетов в шкафу... самое неприглядное им приходится узнавать не друг о друге, пожалуй, а о самих себе. Всё это могло бы превратиться просто в игру на эпатаже и лжепсихологизме, но тогда это был бы Дин Кунц. а не Яна Темиз. У неё получился психологический роман с блистательной концовкой. Покритиковать могу только одно - слишком навязчивый рефрен про перелётных птиц.

"Алиби для Алины" - отдельный от "турецкого" цикла роман. Под колёсами поезда в метро умирает учительница русского языка и литературы - не так, ГЕНИАЛЬНАЯ учительница русского языка и литература, скромная и надменная, бескорыстная и выгадывающая любую возможность заработать, не то невероятно здравомыслящая, не то абсолютно сумасшедшая - такие противоречивые портреты получает следователь, по своему почину расследующий явное, казалось бы, самоубийство как вероятное убийство и который по прихоти судьбы оказывается бывшим одноклассником погибшей, влюблённым в неё много лет. Роман не столько об убийстве или любви, сколько о том, до каких пределов человек может отказываться от частей своего "Я", отрезать и выбрасывать кусочки себя, чтобы - исчезнуть вовсе? - до каких пределов может ненавидеть и отрицать себя тот, у кого, кажется, всё лучше некуда. Пфффф... никогда не умела писать аннотаций. Повторю только: охренительно. Я несколько дней под впечатлением ходила.
лытдыбр

Всякости

Шла с работы с коромыслом, ой, самокатом на плече. Внизу у моста через железку стояли два среднеазиата, один грыз ломоть дыни, другой отрезал от дыни другие ломти и всем протягивал, исполненный неведомой нам радости:

- На! Угощаю!

Брали в основном молодые люди, потому что с дыни по понятным причинам капал сок. Мне он тоже протянул ломоть:

- На, - говорит, - пацан, угощаю.

Ну... я понимаю, что сегодня в джинсах, но не настолько же они меня преображают О_о

***

У нашего кота куча мячей-звенелок, мяч-птичка с настоящими пёрышками, две искусственные мыши, но слаще игрушки, чем стибренный рулон туалетной бумаги, для него нет до сих пор.

***

Вук долгое время думал, что кот бежит меня встречать к двери по наитию сыновьего сердца. Прям вот чувствует, что сейчас мама придёт. Однажды я была так жестока, что объяснила Вуку, что окна и комнаты, и кухни выходят как раз на ту часть двора, через которую я возвращаюсь верхом на самокате, и кот меня просто видит в окно и бежит, соответственно, встречать к двери.

Вообще Вук считает меня ужасающе циничной.

***

И тем не менее, я верю, что моя кепка, которую сегодня сдуло с моей буйной головы вниз на проходящий мимо товарняк, объедет земной шар и побывает в Буэнос-Айресе.