July 22nd, 2011

no face

Закат

С пальцев моих стекает закат — капает в пруд.
Ловят губами рыбёшки солнечный яд.
Я не сойду с ума, не завшивею, не умру —
это не сок моих вен. Просто закат.

Съёжившись, ночь сбежит под крыльцо, ляжет в пыли
пережидать суету прохожего дня.
Завтра. Но прямо сейчас и тут красным залит
пруд, и рогоз бездвижен, и тени теснят.

Завтра. Я буду дышать, спешить, заваривать чай
с мятой, искать носки, замечать в окно
на самокате девушку в белом, и — невзначай —
локтем цеплять за шкаф буду завтра, но

завтра. Потом. А сейчас я горстями держу закат
в глупой надежде вернуть его в сети вен,
в бледный и мягкий живот с дырой возле пупка.
Пальцы не держат. Красным блестит в траве.
no face

Волчий князь

На мне красная шапка, что не значит вообще ничего.
Это тёмный лес, мне надо его пересечь.
Говорю: смотри, это просто деревья, вот.
Отвечаю: да, но их взгляды умеют жечь.
Воздух тёмен и смутен, деревья, уже не таясь,
тянут лапы и — хватают меня за бока.
Говорят, что в ночном лесу бродит волчий князь,
ищет свежее мясо — корму задать волкам.
Я шепчу: не заметит, моя кожа не дышит теплом,
да и мяса нет, один суповой набор.
Говорю: смотри, от снега совсем светло.
Отвечаю: да, и лучше ему обзор.
Мои кости промёрзли, мои пальцы уже как стекло,
я не чую ног, и кожа бела и тверда.
Я сбиваюсь вбок, хрустит под ногой бурелом.
Нахожу тропу и дальше иду. Как всегда.
На мне красная шапка, позову — прибежит дровосек,
и изрубит волков, плечистый и чуть хромой.
Вот и школьные окна мне светят, остался один пробег.
Час английского, и через лес я иду домой.