February 7th, 2010

merry

О национальном самосознании

Когда Вук был маленькой, а уровень радиации в Туле, наоборот, большой, его родители развелись, и видел после этого он своего отца только раз и издалека. Естественно, в таком нежном возрасте никакого вопроса о национальной принадлежности этого чернобрового человека, равно как и о своей, у маленького Сашеньки не возникло.

Потом Сашенька стал чуть-чуть побольше и пошёл в школу. Там его одноклассником стал цыганский мальчик Арсен Ч. - в Туле, знаете ли, много цыганских мальчиков. Саша с мальчиком дружил и неоднократно бывал в гостях, где дядя мальчика Арсена каждый раз ему рассказывал: как цыгане живут, что принято у них, что не принято, чем занимаются, откуда есть пошли и всякое такое просветительское информацие. Ну, рассказывает и рассказывает - о причинах такого интереса к передаче другу племянника подобных знаний маленький Вук не заморачивался, потому что кто из нас в принципе в таком возрасте этим заморачивается?

Потом Вук стал ещё больше и даже несколько знаменитей. Во-первых, он выпускал популярный самиздатовский музыклаьный журнал "Польский батон", во-вторых, он играл в разных музыкальных проектах, в-третьих, на местном ТВ и радио он тоже засветился, а в-четвёртых, узнал, что предки его отца пришли из баро форо Кишинёво. У Вука с географией было неплохо, и он знал, что в Кишинёве живут молдаване. Вестимо, решил Вук, я молдованин.

О чём как-то и поведал на местном радио в интервью, объясняя свои чорны брови и природную экспрессивность.

Вскоре после этого интервью на улице к русской бабушке Вука подошла его цыганская тётка и сказала:

- Что это Сашка несёт?! Какие это мы молдоване?! Отродясь мы были цыганами!..

Вот тут-то и прояснился образовательный интерес дяди Арсена к маленькому чернобровому мальчику Саше.

А заодно и самосознание наконец сформировалось.