Я милее всего с теми мужчинами, от которых, как мне кажется, исходит для меня опасность, и чем она сильнее, тем я милее. Мне с ними рядом всё время хочется сказать: "Хорошая собачка, хорошая собачка" и потихоньку, задком-задком, съёбнуть за забор понадёжнее и кинуть оттуда в ляху или даже голову кирпич в отместку за пережитую гамму ощущений. Это, как правило, всякие патриархальные мачосранчо.