Лилит Мазикина (gipsylilya) wrote,
Лилит Мазикина
gipsylilya

Categories:

Изменила своему обыкновению не писать цыганских лытдыбров :)

У меня был развирт. Так, с одним чудаком, который меня на Арбате разул и фотографировал, а потом бегал за мной с требованиями немедленно обуться.
Он сказал, что приедет к четырём часам и закатит мне пир.
Пира мне хотелось. Вы меня знаете.
В то утро я встречалась по делу с Бессоновым, мимоходом, на Текстильщиках.
Вернулась и сразу перед зеркалом вертеться стала.
Он же с фотиком будет, вы же меня знаете.
Повздыхала над прыщами.
Намазала ресницы.
Положила помаду.
Тут же её задумчиво съела.
Посмотрела на свои юбки: одну латышскую, одну в жирафик и пять-шесть цыганских.
Отложила драные, латышскую и в жирафик и надела одну чёрную, в которой должен быть декор цветным шнурком, но я всё никак не вставлю (подарок kamenah), и одну чёрную. В белый цветочек, ну, вы знаете. Цветочек только давно уже серый, потому что юбка рыночная, линяет во время стирки.
Надела малиновую футболку с надписью эмтиви (подарок Э.О., чтобы вы себе много не думали, девушки и закадычной моей подруги) и белую рубашку с особым рукавчиком (подарок asgeth). Вспотела сразу. Сняла всё, надела алую концертную майку (подарок elena_mitsa), покосилась сквозь стену в сторону "цыганского дома", убрала волосы, повязала старый лохматый серо-чёрный шарф на голову. Рубашку сунула в пакетик.
Достала черевички, поискала под них носки. Не нашла, сунула черевички в другой пакетик.
Нацепила браслеты, мэнисто, прдумала, не нацепить ли на платок серьгу-висячку, найденную некогда на Балканизации. Не нацепила.
Надела браслетик на ногу (подарок vook_stocker).
Иными словами и кратко

НИЧТО НЕ ПРЕДВЕЩАЛО ПРИКЛЮЧЕНИЙ.

Когда я вышла на улицу, стоял чудесный, жаркий и немного ветреный апрельский день. Нагретый асфальт и кладка приятно ложились под босые ноги, ветерок овевал прыщики, майка алела, встречные таджики радовались.

Я дошла до желоезнодорожной станции примерно к 16.05.
Заходя на мост, увидала мугатку, которую фоткала с утра (вы помните).
Та видела меня уже третий раз за день. Первые два раза я подала ей примерно по 10 рублей мелочью, и ещё попросила разрешения щёлкнуть.
- Для газеты? - испуганно спросила она.
- Нет, я не газетчица, я танцовщица, - успокоила я. - Мне на память. Хорошо очень улыбаетесь.
Мугатка притянула к себе мальца, который как раз собирался уходить с девочкой-подростком, и поманила девчонку. Та замотала головой. Мугатка обняла мальчика и улыбнулась.
- Вот, смотрите, какая хорошая улыбка у вас, - поднесла я фотоаппарат к её лицу.
- Хорошо, хорошо получилось, - радостно сказала она.
Теперь же она сказала, увидев меня:
- Здрастуйте... Ой! Что это, что это без туфель? Что с голыми ногами? Не холодно?
- Нет, - засмеялась я. - Не холодно.
- Зачем с голыми ногами?
- Танцевать буду. Это надо танцевать босиком.
Я тут же, прислонив пакет с черевичками и упакованной рубашкой к оградке моста, сделала несколько простых па и потрясла плечами. На плечах мугатка радостно засмеялась и всплеснула рукой - во второй руке она держала ёмкость для монет.
- Хорошо, хорошо! - сказала она.
Я улыбнулась, подхватила пакет, дала ей последние 10 рублей мелочью и побежала на платформу.
Не то, чтобы я опаздывала, я просто в принципе люблю передвигаться очень быстро.
На платформу пришёл поезд, но чудик с фотоаппаратом из него не вышел.
Я надула губы (чтобы снова не съесть помаду) и стала щёлкать пальцами.
Прошло минут двадцать, и снова подошёл поезд.
Я вертела головой, но Дяди Стёпы снова не было.
Люди схлынули, платформа стояла пустая. Следующий поезд должен был приехать через тридцать минут.
Я минут пять помаялась, ответила какому-то парню, что мне не холодно, потом сказала то же самое тёте в коротком пальто (едва не спросив в ответ, не будет ли у неё опрелостей), пощёлкала пальцами.
Было скучно ужасно.
Я воровато огляделась. Знакомых не было видно нигде.
Я вынула черевички и стала подбивать.
Получалось клёво - споро и звонко, но ноги вспотели моментально.
Я стянула черевички, убрала их и стала танцевать без подбоя.
Попробовала отработать пару движений танца русских цыган, чуть не сломала лодыжку и плавно сместилась в зону востока, работая преисущественно кистями, чтобы смуглые торговцы не упали с моста на рельсы - им недолго оставалось.
До поезда оставалось ещё минут пять, когда на лавочку рядом со мной стали потихоньку садиться русские пенсионеры.
Они садились, как в театре, целенаправленно, и внимательно смотрели на меня. Они тихо улыбались и кивали головами: хорошо, мол.
Их село четверо: один мужчина, три женщины. И все радовались.
Завидев вдали еле ползущий поезд, я остановилась.
- Скажите, пожалуйста, а что это вы за танец такой танцевали? - интеллигентно спросила одна бабушка.
Другая прибавила:
- На цыганский чем-то похож.
- Это, - авторитетно сказал дедушка, - танец живота. Сейчас в автошколе по нему курсы.
- Чей танец? - не расслышала третья бабушка.
- Арабский, говорю, танец, - сказал дедушка.
- Э, - сказала я и съела помаду.
- Нет, ну арабский, он такой весь плавный, а этот живой такой, - возразила бабушка номер два. - Может, узбекский... Я, помню, видела как-то на фестивале узбекский танец, живенько так было.
Я попыталась представить себе узбечек, бьющих плечами на цыганский манер и щёлкающих пальцами, и пришла в хорошее настроение.
- Это танец сербских цыган, - сказала я, соврамши. Поскольку я успешно сочетала балканских цыган, турецких и болливуд. Ну и ещё спотыкалась в своей неповторимой индивидуальной манере. Но приврать тут было проще.
- Хорошо-то как получается, - сказала одна бабушка. - Вы, девушка, продолжайте учиться, заниматься, это ваше.
- Спасибо, - сказала я.
- А вы что же, сербка? - спросила другая бабушка, заценив мой костюм и, возможно, цвет обнажённых рук (у меня кисти и лицо значительно светлее кожи на руках, спине и животе).
- Я, э... - сказала я нервно.
- Нет, ну зачем сербка, самая типичная русачка, - обиделся за меня дедушка. - Просто очень хорошо танцует!
Я улыбнулась во все двадцать семь русаческих своих зуба. Точнее, двадцать шесть, поскольку один зуб мудрости ещё не прорезался толком. Чтобы сгладить момент, я стала подбивать и щёлкать, снова приведя пенсионеров в загипнотизирвоанное состояние.
Тут подошла электричка. Наша станция была для неё конечной. Из неё разом вывалила куча народа. Я схватила пакет и затерялась. Меня прибило к столбу, возле которого стояла... девушка, чьё лицо было просто копией танцовщицы с картины Николая Бессонова "Молдавские цыгане". Её чёрные волосы были сложены в аккуратный бублик на макушке, костюм, по крайней мере внешне, состоял из стильной, но чуть балахонистой бежевой кофточки и длинной чёрной юбки, и она опиралась на железную трость вроде костыля.

Девушка косила на меня глазами пугливой лани, опушёнными бархатными кукольными ресницами. Я косила на неё чем бог послал. Эту девушку я определённо не видела в нашем наногородке. Но напрямую спршивать её о национальности не спешила: в той же Туле, например, полно людей частично цыганского происхождения, которые при этом совершенно не любят, чтоб их ассоциировали с цыганами. Но любопытство меня скребло. Вдруг я вспомнила своё мимолётное знакомство с цыганскими девчонками в метро. Если прокатило один раз, почему не попробовать другой? Стоило народу схлынуть, как я стала тихонечко фланировать мимо девушки, с самым независимым видом щёлкая пальцами и слегка подбивая.

Девушка косилась на меня. Я косилась на девушку.

Первая не выдержала она.

- Девушка, простите, можно задать вам деликатный вопрос? - спросила она негромко, мягким голосом, когда я профланировала достаточно близко.

- Ну... ну, в общем, можно...

Я с самым внимательным видом приблизилась.

То, что спросила она, у меня спрашивали впервые в жизни.

- Скажите, пожалуйста, вы индианка?..

продолжение следует
Tags: сториз, цыгане
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments