Лилит Мазикина (gipsylilya) wrote,
Лилит Мазикина
gipsylilya

Categories:

Балканизация в Сквот-кафе, часть вторая.

Итак, я сидела и рисовала визитки на листочках из блокнотика. Эксклюзифф, так сказать. Как вбежала Элена и сказала:

— Там твои Топоркестра выступать начали, пойдёшь?

Я уже выглядывала и знала, что выступать там негде: зал был набит плотно-плотно.

— Ой, да ладно. Там перед сценой колонки, на них сейчас их скрипач стоит. Ты уж всяко полегче этого мужика, залезешь после него и станцуешь.

Так и вышло (ц). Я, уже в полночной версии костюма, взяла наш чудесный красный бубен, влезла на колонки и отлично оторвалась: фотку вы видели :) Прямо…. мнээээ… в спину мне дудел саксофоном Илья Шубин, где-то позади нас всех висел экран, на котором шёл Latcho Drom Гатлифа, музыканты зажигали, выбежала на сцену традиционная красавица Люба и стала рвать нам сердце своим необыкновенным голосом, а я танцевала, вся такая красивая. Позже на колонках офигенно танцевала индоцыганский фьюжн Маша из Devi Dance.

Потом мы Топоркестра ушли отдыхать, Элена забрала мужа и поехала домой, а я устроилась на диванчике посидеть в ожидании открытия метро. Очень сильно болели колени, ощущение было, что их выламывают, что меня удивило — танцевала-то я меньше обычного. Теперь понимаю, что это просто грипп начался, поднялась температура. У кого как, а у меня температура сопровождается сильнейшими болями в суставах и мышцах.

Сидела я между Ильёй и какой-то девушкой. Девушка заснула, свернувшись калачиком, но по мере погружения в сон всё выпрямлялась и выпрямлялась, в какой-то момент ногами меня притиснув к Илье. Мы стойко делали вид, что сидим друг от друга на нормальном, цыганском, так сказать, интервале, и вели деловую беседу. В какой-то момент возле нас показался неизвестный мне цыган, посмотрел на нас и спросил с любопытством:

— Вы муж и жена, да?

Мы тут же отшатнулись друг от друга (корпусами, а хрен там как ещё), и девушка Ильи (прекрасная Маргарита, которая фотографирует в совершенно танцевальных позах) откуда-то из-за цыгана звонко спросила:

— Кто там муж и жена?!?!

— Мы нет! Мы разговариваем! — строго сказали мы. Цыган потерял к нам интерес, сел на какой-то стульчик и стал пить вино и о чём-то болтать с другими. Девушка справа вытянула ноги ещё сильнее и положила их мне на колени. Я с великой скорбью на них посмотрела. (Суко больно). Маргарита аккуратно их подцепила и спустила с меня.

— Это Дима, цыган из Молдовы, — объяснил мне Илья. — Петь с нами будет.

Мы дообговорили дела, Илья протёр саксофон и куда-то скрылся. Я с наслаждением отодвинулась от спящей девушки. Но, когда больно, надо сказать, заодно невыразимо скучно. Опять же, пополнять багаж познаний, чтоб вас, красивых, порадовать, надо. Я посидела-посидела, встала, подошла к Диме и на ушко так спросила:

— А ты цыган?

На цыганском.

ЕСТЕСТВЕННО, Дима подскочил и уставился на меня, как на злого духа. Люблю такие моменты, ыыыы!

— Эээ…! — сказал он. Я мило улыбнулась и повторила вопрос.

— Я да. А ты откуда по-цыгански знаешь?!

Я вкратце обрисовала ситуацию. Теперь Дима смотрел на меня с состраданием. Это как бы цыганская традиция относительно меня. Наряду с утешительными сравнениями редкой силы

— А каких ты цыган? — стала допрашивать теперь уже я.

— Молдавских. Я из Молдавии приехал.

— А в Молдавии вашей что, все цыгане одинаковые?

— Нет. У нас цыгане бывают двух видов, — сказал Дима и, видимо, сочтя, что достаточно развил тему, стал делать то же, что все молдавские цыгане и с ними котляры: нахваливать доброту и культурность своей «нации».

— Ну, это все цыгане про себя говорят, — подколола я.

— Ну! Ты смотри, я же сижу сейчас, культурно с тобой разговариваю. А есть такие цыгане…

— Ёй! — я ззакатила глаза. — Даже не рассказывай, даже не рассказывай! Знакома!

— Вот, — наставительно сказал Дима и приосанился, полный сознания своей культурности и толерантности. — А ты что так оделась, для чего?

— А я танцую.

Дима посмотрел на меня строго-строго:

— По-цыгански?

— Конечно!

— Это хорошо. Покажи.

Я прислушалась к доносящейся музыке и сделала несколько па, чувствуя себя русалочкой Андерсена. Но ударить в грязь лицом очень уж не хотелось.

— Хорошо! — одобрил Дима. — Когда я пойду, пойдёшь танцевать? Пойдём!

— Ну… не знаю, я уже устала, с самого начала тут танцую.

— С самого начала?

— Да. Так что вот… пойду, посижу.

Я грациозно подковыляла к диванчику и плюхнулась на прежнее место. Ноги ниже колен казались деревянными протезами. Сами колени… ой.

Просидеть в молчании я смогла только минут пятнадцать, потом тихонько подошла к проёму в основной зал и посмотрела туда. Там всё кипело и бушевало, несмотря на близящееся утро. Я отвернулась и увидела, что Дима тоже подошёл и стоит где-то в полутора метрах от меня. Решила, что ему надо пройти, и посторонилась. Но в нём, оказывается, взыграло любопытство. Он хитро улбынулся мне и вдруг защёлкал каблуками, приглашая к парному танцу. Колени завыли. Но не выпендриться я не могла. Я улыбнулась, защёлкала пальцами, и мы пошли плясать традиционный парный танец. Присутствующие меланхолично созерцали. Я немного подвенгерила, в меру подвижности своих ног, потом подрумынила (у них есть интересное па, когда женщина быстро проворачивается перед мужчиной кругом), потом подсербиянила. Дима уверенно вёл на молдавский манер и улыбался с такой гордостью, словно это лично он меня обучал и рад таким моим успехам. У цыган, знаете ли, в этом отношении мозги по особому устроены. Любому проявлению во мне цыганскости после моего признания обычно сильно радуются. Не могу сказать, что мне это неприятно :) но забавно :)

Тут вдруг подорвались Топоркестра, и Дима сообщил, что идёт петь.

— Пойдём, потанцуешь с нами.

Я было решилась, но первый же шаг к проёму меня отрезвил. Со всем цыганским церемониалом я выразила отказ и опять плюхнулась на диван.

Через некоторое время, пользуясь пустотой гримёрки, я переоделась в гражданское. Когда парни вернулись, любому было бы заметно, что мы с Димой одного племени: только мы были одеты сурово в чёрное. Национальный цыганский колер :)

Ребята тоже оделись и пошли искать приключений в другом месте. Я, видимо, выглядела уже совсем ахово, потому что Илья несколько раз заглядывал мне в лицо с таким выражением на своём лице, словно думал, как отговорить самоубийцу, и каждый раз велел крепиться и обещал, что всё будет хорошо и ж*па непременно кончится.

Когда я, наконец, пошла к метро, охранники у дверей меня остановили и, широко улыбаясь, сказали:

— Ой, вы с той девушкой так хорошо танцевали. Вы с Украины, да?..
Tags: ратунэ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment